Нарушение жилищных прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей

Особого внимания заслуживает вопрос, связанный с защитой жилищных прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. По данным проверки, проведённой в 1998 году, 414 воспитанников детских домов и школ-интернатов Тверской области не имели закреплённого жилья. Лишь 236 из 414 выпускников состоят в органах местного самоуправления на учёте передаю­щихся в улучшение жилищных условий. Помимо трудностей, связанных с обеспечением жильём детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родите­лей, не во всех случаях принимаются меры к закреплению за несовершеннолет­ними ранее занимаемой жилой площади. В соответствии со ст. 37 ЖК и ст. 8 ФЗ «О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» от 1997 года «дети-сироты и дети, ос­тавшиеся без попечения родителей, а также дети, находящиеся под опекой (по­печительством), имеющие закреплённое жилое помещение, сохраняют на него право на весь период пребывания в образовательном учреждении или учрежде­нии социального обслуживания населения...»[1]. Если за этой категорией детей не закреплено жилое помещение, то после окончания пребывания в социальном учреждении они встают на учёт нуждающихся в жилом помещении. В соответ­ствии с п.2 ст. 8 ФЗ «О дополнительных гарантиях...» снятие детей-сирот (де­тей, оставшихся без попечения родителей) с регистрационного учёта осуществ­ляется только с согласия ООИП. В 1998 году в интересах несовершеннолетних детей и защиты их жилищных прав предъявлено 17 исков, 6 из них - в интере­сах детей-сирот. Эта категория детей является наиболее социально незащищён­ной и уязвимой. Так, например, прокурором Заволжского района был подан иск о признании недействительным договора купли-продажи приватизированной 2-х комнатной квартиры, в которой проживал гражданин Г. и несовершеннолет­ний сын его жены, которая умерла. С тех пор мальчик проживал у бабушки. Брак между гражданином Г. и матерью несовершеннолетнего мальчика зареги­стрирован не был. Суд удовлетворил иск прокурора, назначив мальчику опеку­на и признав за ним право собственности на квартиру, так как в соответствии со ст. 4 ФЗ на совершение сделок в отношении приватизированных жилых помещений, собственниками которых являются дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, требуется согласие ООИП, которое в данном случае по­лучено не было. Этот пример не является единственным в сфере нарушений жилищных прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей[2].

Проанализировав жилищное законодательство помимо нарушений, я вы­делила следующие гарантии жилищных прав детей:

1. Право пользования жилым помещением, в котором проживает несо­вершеннолетний член семьи нанимателя или проживающий отдельно, но имеющий равные с нанимателем и членами его семьи права. Если члены семьи нанимателя перестали быть таковыми (семья распалась), но продолжают проживать в занимаемом жилом помещении, они имеют такие же права, как наниматель и члены его семьи (ст. 53 ЖК).

2. В соответствии со ст. 60 ЖК «жилое помещение сохраняется за вре­менно отсутствующим ребёнком, если он помещён на воспитание в го­сударственное детское учреждение, к родственникам или опекунам (попечителям), в течение всего времени их пребывания в этом учреж­дении»[3].

3. Право собственности на жилое помещение. В соответствии со ст. 7 За­кона РФ «О приватизации жилищного фонда в РФ» «в договор пере­дачи жилого помещения в собственность включаются несовершенно­летние, имеющие право пользования данным жилым помещением»[4]. Исходя из вышесказанного, можно сделать вывод о том, что российское гражданское, жилищное и семейное законодательство закрепляет лишь отдель­ные права детей, что затрудняет определение правового статуса ребёнка в це­лом; кроме того, законодательство не устанавливает санкций за нарушение норм жилищного законодательства, в то время как жилище должно быть гаран­тировано государством в первую очередь и не просто формально декларирова­но, а действительно обеспечено.

В связи с этим я предлагаю в положении об ООиП определить четкие основания отказа в совершении сделок по отчуждению имущества несовершен­нолетних. Решающим критерием для дачи разрешения или отказа отчуждения жилья, в котором проживают несовершеннолетние должны быть, прежде всего: сведения, характеризующие взрослых членов семьи, наличие приобретаемого жилья или реальной возможности такого приобретения, мнение ребенка.

В соответствии с действующим законодательством именно на ООиП го­сударством возложена охраны и защиты прав детей. Численность их сотрудни­ков огромна, но несмотря на это ООиП зачастую очень формально подходят к выдаче разрешений на совершение сделок по отчуждению жилья, в котором проживают несовершеннолетние, исходя лишь из представленных документов. В связи с этим я предлагаю доработать положение ООиП и создать специализи­рованные отделы по защите прав детей в различных отраслях права, в том чис­ле и жилищном.


[1] Федеральный закон от 21.12.1996 № 159-ФЗ "О дополнительных гарантиях по социальной защите детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей".

[2] По материалам обобщения практики Тверской областной Прокуратурой за 2000 г.

[3] Жилищный кодекс РСФСР. М.; «Спартак», 1996.

[4] Закон РФ. О приватизации жилищного фонда в РФ (ст. 7).

Комментирование закрыто.