2.1. Законные представители

В ст. 37 ГПК РФ закреплено, что права, свободы, и законные интересы несовершеннолетних защищают в процессе их законные представители. Законными представителями несовершеннолетних являются:

•   родители;

•   усыновители;

•   опекуны;

•   попечители.

2.1.1. Родители/Усыновители

В соответствии со ст. 56 Семейного кодекса РФ ребенок имеет право на защиту своих прав и охраняемых законом интересов. Защита прав и интересов несовершеннолетних детей возложена законом на их родителей, которые явля­ются законными представителями и выступают в защиту их прав и законных интересов во всех учреждениях, в том числе и судебных без особого на то пол­номочия. Взаимные права и обязанности родителей и детей основываются на факте происхождения детей, удостоверенном в установленном законом порядке (гл. 10 СК РФ). Для участия в гражданском процессе родителям не нужно спе­циально оформленное полномочие (доверенность), им достаточно предоставить суду документы, удостоверяющие их статус и полномочия (свидетельство о рождении ребенка и собственный паспорт.), т. е. их статус законных представи­телей возникает автоматически с момента регистрации ребенка в книге записей рождений.

Родители осуществляют свои права, в том числе и защиту прав и интере­сов ребенка, до достижения им возраста 18 лет, т. е. до совершеннолетия. Роди­тельские права могут быть прекращены и до достижения ребенком 18 лет в случае приобретения им полной дееспособности в порядке эмансипации либо при вступлении в брак до достижения совершеннолетия (ст. 21, п. 2, ст. 27 ГК РФ; ст. 13, п. 2 СК РФ).

Представлять права и интересы ребенка могут как оба родителя, так и один из них по соглашению между ними. Причем родители должны защищать права и интересы детей, а не свои права и интересы! Сразу же хочу отметить, что в законодательстве не прописаны требования к этому соглашению, по­этому я считаю необходимым закрепить в ГПК РФ положение о том, что со­глашение должно быть нотариально заверено, чтобы у суда не возникало подозрений в его подлинности. Родители совершают от имени представляемых ими лиц все процессуальные действия, право совершения которых принадле­жит представляемому (в зависимости от его процессуального положения), но права законных представителей при участии в гражданском процессе могут быть ограничены: СК РФ закрепляет положение о том, что «Родители не вправе представлять интересы своих детей, если органом опеки и попечительства ус­тановлено, что между интересами родителей и детей имеются противоречия»[1]. В случае разногласий между родителями и детьми орган опеки и попечительст­ва обязан назначить представителя для защиты прав и интересов детей. Кроме того, суд обязан привлекать к участию в деле несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет, чьи права защищают в суде их законные представители. Счи­таю необходимым заметить, что семейное законодательство говорит лишь о разногласии между интересами детей и родителей, но ничего не упоминает о случае, когда интересы самих родителей различны. На основании вышесказан­ного предлагаю законодательно регламентировать этот случай и дополнить ст. 64 СК РФ п. 3, изложив его в следующей редакции:

«Если интересы родителей в отношении своих детей противоречивы и позиция одного из них не направлена на защиту прав и охраняемых законом ин­тересов ребенка, другой должен обратиться в органы опеки и попечительст­ва, которые обязаны назначить представителя интересов несовершеннолет­него. Этим представителем может быть только добросовестный родитель».

Что касается усыновителей, то семейное законодательство в ст. 137 п. 1 СК РФ приравняло усыновленных детей и усыновителей в личных неимущест­венных, а также имущественных правах и обязанностях к родственникам по происхождению. Таким образом, усыновители наделены теми же правами и обязанностями, что и родители при защите законных прав и интересов детей в гражданском процессе, т.е. они призваны полностью «заменить» несовершен­нолетних в гражданском процессе с учетом установленных законодательством ограничений.

2.1.2. Опекуны/Попечители (несовершеннолетних)

Опека и попечительство устанавливаются над детьми, оставшимися без попечения родителей в целях их содержания, воспитания, образования, а также для защиты их прав и законных интересов. Опека устанавливается над мало­летними (до 14 лет), а попечительство - над несовершеннолетними (от 14 до 18 лет). Основное назначение института опеки и попечительства — восполнение недостающей у подопечного лица дееспособности, т.к. полная дееспособность наступает лишь по достижении совершеннолетия (исключения: эмансипация, вступление в брак до достижения 18 лет).

Ст. 37 ГПК РФ относит опекунов и попечителей к законным представи­телям несовершеннолетних в гражданском процессе. Согласно ст. 31 Граждан­ского Кодекса РФ опекуны и попечители могут без специального полномочия выступать в защиту прав и интересов своих подопечных в отношениях с любы­ми лицами и органами. Для удостоверения своих полномочий опе­кун/попечитель обязан предоставить решение органа опеки и попечительства о назначении опеки или попечительства над представляемым лицом, а также свой паспорт.

Однако необходимо помнить, что опекун и попечитель отличаются не только по возрасту подопечных, но и по объему предоставленных им полномо­чий. Поскольку опека и попечительство в основном регулируются нормами гражданского законодательства, а я рассматриваю этот правовой институт че­рез призму гражданского процесса, то прежде всего необходимо выяснить как соотносятся нормы ГК РФ и ГПК РФ в отношении правового статуса опеку­нов и попечителей. Анализ действующего законодательства потребовал от меня ответа на вопрос о том, являются ли законными представителями подопечных и опекуны, и попечители?

Проанализируем нормы Гражданского кодекса РФ об опекунах и попечи­телях. В соответствии со статьями 32 и 33 ГК РФ:

•   опекуны являются представителями подопечных в силу закона и совершают от их имени и в их интересах все необходимые сделки;

•   попечители дают согласие на совершение тех сделок, которые гражда­не, находящиеся под попечительством, не вправе совершать самостоя­тельно, т. е. попечители «оказывают подопечным содействие в осуще­ствлении ими своих прав и исполнении обязанностей, а также охраня­ют их от злоупотреблений со стороны третьих лиц»[2]. На основании вышесказанного, я пришла к выводу, что в гражданских правоотношениях опекун является представителем подопечного, а попечитель — не является. В этом и заключается отличие их правового статуса, и связано оно, прежде всего с разными функциями указанных лиц: опекун призван пол­ностью заменить в юридической сфере своего подопечного, а попечитель — лишь помочь подопечному, проконтролировать его действия, защитить гражда­нина от неразумной траты средств или предотвратить совершение несовершен­нолетним правонарушения. Подобную точку зрения высказывает и к. ю. н. Л. Ю. Михеева, считая что различия в функциях опекунов и попечителей связа­ны прежде всего с разным объемом дееспособности подопечных лиц. Опека ус­танавливается над гражданами, признанными судом недееспособными, а также над детьми в возрасте до 14 лет, оставшимися без попечения родителей. Эти ка­тегории физических лиц не вправе самостоятельно совершать сделки (за ис­ключением отдельных видов сделок, право совершать которые предоставлено ст. 28 ГК РФ малолетним лицам). В то же время несовершеннолетние в возрас­те от 14 до 18 лет сделки совершают сами. Конечно, для этого им требуется со­гласие попечителей (родителей, усыновителей), однако инициатива в соверше­нии юридического акта должна исходить от самих несовершеннолетних.

По этому вопросу существует несколько точек зрения, в частности, В. А. Рясенцев считает, что представителями по закону следует считать только родителей и усыновителей. «Значительная часть представителей, обозначенных "законными", в действительности является представителями по назначению. Таким образом, опекуны (попечители) — представители по назначению, поскольку их полномочия возникают из специального акта»[3]. С этим я не совсем согласна, т.к. считаю, что здесь первостепенное значение играет не основание происхождения опеки/попечительства, а правовые последствия этого в виде субъективных прав и обязанностей. Именно эти права и обязанности я и пред­лагаю положить в основу классификации представителей по закону.

Итак, мы определили статус опекунов и попечителей в гражданских пра­воотношениях, но во многих нормативных актах иной отраслевой принадлеж­ности статус законных представителей подопечных закреплен и за опекунами, и за попечителями. Такое правило не согласуется с положениями статей 32 и 33 ГК РФ, однако именно законными представителями названы опекуны и попе­чители в ст. 37, 52 Гражданского процессуального кодекса РФ. Рассмотрим подробнее статус опекунов (попечителей) в гражданских процессуальных пра­воотношениях. Согласно ст. 52 ГПК РФ законные представители совершают от имени представляемых все процессуальные действия, право совершения кото­рых принадлежит представляемым с ограничениями, предусмотренными зако­ном. Таким образом, закрепленные в ст. 35 ГПК РФ права: знакомиться с мате­риалами дела; делать выписки из них, снимать копии; заявлять отводы; пред­ставлять доказательства; участвовать в исследовании доказательств; задавать вопросы другим лицам, участвующим в деле, свидетелям и экспертам; заявлять ходатайства; давать устные и письменные объяснения суду; представлять свои доводы по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам; воз­ражать против ходатайств и доводов других лиц, участвующих в деле; обжало­вать судебные постановления и другие права — принадлежат самому подопеч­ному, но осуществляются его опекуном или попечителем. Упомянутая мною выше к. ю. н. Михеева в этой связи предлагает четко определять истца в иско­вом заявлении в защиту прав подопечного. Она предлагает использовать при­близительно следующую формулировку: «Истец________(указать подопеч­ного), от имени и в интересах которого в соответствии со ст. 52 ГПК РФ выступает__________(указать опекуна или попечителя)»[4]. Я с этим полностью согласна, т.к. если в качестве истца указать законного представителя, то это бу­дет не совсем верно, т. к. представительство по своей сути предполагает насту­пление правовых последствий для представляемого — несовершеннолетнего в нашем случае. Будучи назначенным, опекун (попечитель) обязан совершать та­кие действия и вправе выбирать между различными действиями, руководству­ясь исключительно интересами своего подопечного, что следует из ст. 31 ГК РФ. Однако необходимо иметь в виду уточнение, которое содержится в ГПК РФ: «законные представители совершают от имени представляемых ими лиц все процессуальные действия, право совершения которых принадлежит пред­ставляемым, с ограничениями, предусмотренными законом»[5]. Хотя таких ог­раничений в самом процессуальном законодательстве не установлено, они, тем не менее, вытекают из положений СК РФ и ГК РФ о полномочиях опекунов и попечителей. По общему правилу, опекун не вправе без предварительного раз­решения органа опеки и попечительства совершать, а попечитель давать согла­сие на совершение сделок, выходящих за пределы бытовых, от имени подопеч­ного. Согласно ст. 37 ГК РФ, действия, направленные на отчуждение, умень­шение имущества подопечного, должны совершаться опекуном (попечителем) с предварительного разрешения органа опеки и попечительства. Из этого следу­ет, что законный представитель подопечного в гражданском процессе не вправе признавать иск, отказываться от иска и заключать мировое соглашение, влеку­щее уменьшение имущества подопечного, без предварительного разрешения указанного органа. Суды, в свою очередь, не должны принимать отказ законно­го представителя от иска или признание им иска по спору о наследстве или какому-либо иному спору, в котором стороной является подопечный, если на это нет согласия органа опеки и попечительства. Такой запрет основывается на том, что перечисленные процессуальные действия, в сущности, представляют собой акт реализации субъективного гражданского права (права на имущество, акт реализации субъективного гражданского права (права на имущество, на взыскание долга и др.). Например, отказ от иска влечет серьезные последствия, в том числе невозможность повторного обращения в суд. Результатом таких процессуальных действий будет являться неполучение подопечным причитаю­щегося ему имущества, что допустимо только с предварительного разрешения органа опеки и попечительства. Установленные в ГК РФ ограничения прав опе­кунов и попечителей преследуют одну цель - надежно гарантировать имущест­венные права и интересы подопечных. Но помимо указанных прав лицо, участ­вующее в деле, обладает и обязанностями. Таким образом, обязанности, возла­гаемые на опекуна и попечителя гражданским процессуальным законодательст­вом, также как и права, принадлежат самому подопечному. Однако они осуще­ствляются данными лицами от его имени. Так, представитель как лицо, участ­вующее в деле обязан уведомлять суд о перемене своего места жительства во время производства по делу. За исключением, например, общей для всех обя­занности соблюдать в судебном заседании установленный порядок и подчи­няться распоряжениям председательствующего, со специфическим статусом представителя эта обязанность не связана, так как установлена законом для всех лиц, находящихся в зале судебного заседания.

Таким образом, передо мною встала следующая проблема: необходи­мость законодательно определить подход к статусу опекунов и попечителей во всех правоотношениях, отказавшись, от предоставления попечителю полномо­чий законного представителя подопечного. Хочу сказать, что определенные шаги в этом направлении уже сделаны. Так, согласно ст. 37 ГПК РФ, несовер­шеннолетние вправе самостоятельно участвовать в некоторых делах. Однако категории этих дел прямо в законе не указаны, в п. 4. Ст. 37 ГПК РФ в общем говориться о некоторых категориях таких дел, но нет ни механизма реализации права несовершеннолетнего самостоятельного участия, ни четкого закрепле­ния этого участия в нормах материального права. Действующее законода­тельство не содержит специальных указаний. Исключение составляет СК РФ, в соответствии с которым «при нарушении прав и законных интересов ребенка, в том числе при невыполнении или при ненадлежащем выполнении родителями (одним из них) обязанностей по воспитанию, образованию ребенка либо при злоупотреблении родительскими правами, ребенок вправе самостоятельно об­ращаться за их защитой... по достижении возраста четырнадцати лет в суд»[6]. Однако применение такого правила видится мне весьма туманно. В частности, в каких случаях и с какими заявлениями несовершеннолетний, достигший 14 лет, вправе обратиться в суд? Вправе ли это лицо, например, подать заявление о лишении его родителей родительских прав? По-видимому, суд такого заявле­ния принять от него не может, поскольку ребенок в числе заявителей в ст. 70 СК РФ не указан. Поэтому не совсем понятно что имел ввиду законодатель го­воря о праве ребенка на судебную защиту, т. е. в законодательстве нет четкого механизма реализации этого права. В связи с этим я предлагаю закрепить в ст. 70 СК РФ ребенка в числе заявителей о лишении родительских прав.

ГПК РФ (ст. 37) предусматривает, что по общему правилу от имени несо­вершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет в деле участвуют их «законные представители» с привлечением самих несовершеннолетних. В случаях, преду­смотренных законом, наоборот, несовершеннолетние будут защищать свои права сами, а их «представители» должны быть привлечены к участию в деле. Однако использованная формулировка оставляет открытым вопрос о перечне тех случаев, когда самостоятельное участие несовершеннолетнего в граж­данском процессе возможно. Я считаю необходимым не только четко пропи­сать эти случаи, классифицируя их по категориям дел, но и регламентировать процессуальный порядок реализации права несовершеннолетних самостоя­тельно защищать свои интересы в суде, а также определить правовое соот­ношение несовершеннолетних и их законных представителей в случае само­стоятельного участия детей в гражданском процессе. В гражданско-процессуальном законодательстве пределы полномочий представителей и несо­вершеннолетних в этих случаях не определены, что создает определенные трудности для судей. Правильное определение объема полномочий представителя и несовершеннолетнего является очень важным. Представляется, что он должен быть урегулирован в законодательном порядке, необходимо ввести норму о полномочиях представителя в зависимости от участия ребенка в про­цессе. Я считаю, что в том случае, когда законные представители защищают права и интересы несовершеннолетних (ст. 37 п. 3,5 ГПК РФ) им необходимо предоставить права и обязанности, предусмотренные законодателем для представляемого в соответствии с его положением в процессе и с учетом ог­раничений, предусмотренными ГК и СК РФ, а в случае, когда несовершенно­летний самостоятельно защищает себя (ст. 37 п.4), за законными предста­вителями следует признать лишь общие права сторон и третьих лиц, участ­вующих в процессе (ст. 35 ГПК РФ).

Спорным является и вопрос о гражданской процессуальной дееспособно­сти, так как ст. 37 ГПК РФ устанавливает ее в полном объеме с 18 лет, а ст. 56 СК РФ - с 14 лет; таким образом, здесь мы видим еще один «пробел» в дей­ствующем законодательстве.

Итак, действующее законодательство не содержит единого подхода в оп­ределении объема дееспособности лиц, находящихся под попечительством. Одна отрасль (например, гражданское законодательство) позволяет несовер­шеннолетнему совершать юридически значимые действия, а другая (например, гражданское процессуальное законодательство) не дает ему такой возможно­сти, обязывая попечителя осуществлять принадлежащие подопечному права. Такое положение можно считать недостатком правового регулирования, колли­зией действующего законодательства. Противоречие должно быть устранено, а в законодательстве должен быть установлен единый принцип осуществления любых прав и исполнения обязанностей несовершеннолетними в возрасте от 14 до 18 лет. По моему мнению, следует отталкиваться от положений ГК РФ о дееспособности граждан, установить правило о том, что законным предста­вителем может быть лишь опекун, но не попечитель. Подопечный последнего должен быть наделен правом самому совершать многие юридически значимые действия с согласия попечителя, т.е. я считаю, что подопечный должен сам представлять свои интересы в гражданском процессе, а мнение попечителя наряду с мнением Органов опеки и попечительства должны учитываться су­дом при вынесении решения. Кроме того, в данном случае я предложила бы за­конодательно закрепить обязанность государства обязательного предостав­ления несовершеннолетнему адвоката (как это закреплено в УПК РФ), т.к. несовершеннолетний не обладает юридическими познаниями в области права.

Семейный кодекс РФ помимо правового института опеки и попечитель­ства содержит такое понятие как приемная семья. Приемные родители - это лица, взявшие на воспитание ребенка, оставшегося без попечения родителей на определенный срок и на основании договора. Ст. 153 СК РФ приравнивает их в правах с опекунами и попечителями. «Приемные родители обладают по отно­шению к принятому на воспитание ребенку правами и обязанностями опеку­на/попечителя»[7].

В случае уклонения усыновителей, опекунов / попечителей от защиты прав детей в установленном законом порядке усыновление, опека (попечитель­ство) отменяются, а договор о передаче ребенка на воспитание в семью растор­гается (ст. ст. 141, 145 СК РФ; ст.ст. 39, 40 ГК РФ).


[1] Семейный кодекс РФ 1995г. (п. 2 ст. 64).

[2] Гражданский кодекс ч. 1 от 30.11.1994 г. (ст. 33).

[3] Рясенцев В. А. Представительство в советском гражданском праве: Дисс. ... докт. юрид. наук. М.

[4] Михеева Л.Ю. Представительство прав и интересов подопечных // Современное право. 2001. № 7.

[5] Гражданский процессуальный кодекс РФ 2002 г. М.: ИНФРА-М, 2003 (п. 3 ст. 52).

[6] Семейный кодекс РФ (ст. 56 п. 2).

[7] Семейный кодекс РФ (п. 3 ст. 153).

Комментирование закрыто.